Proceedings 2000

Contents

ИРОНИЯ И ЭВИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ

 

 

 

Влодавская Наталья Владимировна

nathatipl@mail.ru

 

 

Аннотация

 

Изучение категории эвиденциальности в ряду других эпистемических грамматических категорий весьма существенно не только для теоретической лингвистики, которая ставит перед собой цель раскрыть механизмы, управляющие языковой компетенцией индивида, но и для приложений лингвистики, которым при создании различных инструментов анализа естественного языка требуется принять к рассмотрению способы языкового кодирования эпистемической информации. Настоящее обсуждение  посвящено обсуждению категории эвиденциальности в татарском языке.

 

Общие сведения.

 

Лексическое выражение засвидетельствованности доступно каждому языку. Ср.русский: Я вижу,  Иван пришел VS Я слышал, Иван пришел. Однако лишь немногие языки выражают  эвиденциальность грамматически. О грамматическом статусе показателей эвиденциальности в языке можно говорить, если они удовлетворяют определению(1) и синтаксическим критериям(2)

(1)Показатели эвиденциальности суть маркеры, которые указывают что-либо об источнике информации пропозиции.(Bybee 1985)

(2)a.Показатели эвиденциальность не являются ядром (main part) предикации. (Anderson 1986)

b.Выражение эвиденциальности  — основаная функция показателя. (Anderson 1986)

  1. Показатели эвиденциальности не могут находиться в сфере действия отрицания. (De Haan 1996)

 

Показатели эвиденциальности  имеют два основных значения: прямая засвидетельствованность (говорящий был свидетелем ситуации) и непрямая засвидетельствованность, которая далее подразделяется на инференциальную засвидетельствованность (знания о ситуации получены на основании логического вывода) и пересказывательность (знания получены на основании вербального сообщения внешнего источника ). (Willet 1988) (См. также Chafe&Nichols1986)/ Л.Андерсон (Anderson1986) специально выделяет, кроме того,  экспериенциальную инференцальность (experiential inferential) —  когда вывод основывается на некоторой наблюдаемой данности, а не на общих соображениях . Распределение различных типов эвиденциальных значений можно представить в виде иерархии эвиденцальности.

Иерархия эвиденциальности (De Haan 1998).

Visual > non-Visual > Inferential > Quotative

            direct   >                      (indirect)

В соответствии с этой иерархией, если в языке имеются грамматические средства выражения ззначения, занимающего более высокое положение в иерархии, в нем также имеются граматические средства выражения значений, расположенных ниже в иерархии.

Как и предсказывает иерархия, весьма распространенной по языкам является система, в которой присутствует привативная оппозиция: прямая засвидетельствованность грамматически не маркируется, а маркируется только непрямая. (Quotative + Inferential).

Часто система такого рода возникает как  продукт диахронического развития категории перфекта (Dahl Ц. 1985; Bybee, Perkins, Pagliuca 1994). Примером такой системы является эвиденциальная система татарского языка, обсуждаемая ниже.

Эвиденциальность в мишарском диалекте татарского языка

 

I. Система глагольных форм

          В таблице 1 представлены основные синтетические формы глагола, из которых только одна — перфект — выражает значение косвенной засвидетельствованности.

Таблица 1. Финитные формы глагола jarat ‘любить’(синтетические)

наст.вр.

-A//-a \ -e//-I

jarata

претерит

-dE//-de \ -tE//-te

jaratte

перфект

-gAn//-gan \ -kAn//-kan

jaratkan

Будущее1

-Ar//-ar \ -er//-Er

jarater

Будущее2

-ACAk//-aCak \ -jACAk//-jaCak

jarataCak

 

          Аналитические формы, выражающие косвенную засвидетельствованность, образуются с помощью вспомогательных глаголов IkAn и ImES:

IkAn и ImES- перфектные формы древнего глагола i ‘быть’ с дефектной парадигмой, который имеет всего четыре формы (претерит I-dE, кондиционалис I-sA, перфект i-kAnи перфект на –mES: глагол i –единственный в татарском, который сохраняет этот древний показатель перфекта, обычный для огузской, но не кыпчакской ветви тюркской семьи языков).

 

  1. Значение косвенной засвидетельстванности и сопутствующие значения.

Таблица 2.

Форма глагола

Bar ‘идти’

Прямая засвидетельство-

Ванность

Инферен-

Циальность

Пересказыва-

Тельность

слухи

Адмиратив

Ирония

Bar-de

+

-

 

 

Bar-gan

-

+

-

 

 

Bar-a I-kAn

-

+

+

-

+

 

Bar-a I-mES

-/+*

-

-

+

 

+

Bar-gan I-kAn

-

+

+

-

+

 

bar-gan I-mES

-/+*

-

-

+

 

+

               

*эти формы не выражают непосредственно прямую засвидетельствованность, но при ироническом употреблении допустимо, что говорящий является свидетелем ситуации —см. пример (8).

 

  1. Инференциальность и пересказывательность в татарском выражают перфект (пример 1), перфект со вспомогательным глаголом IkAn (2) и настоящее время с IkAn (3).Прямая засвидетельствованность всегда передается претеритом (4).

 (1). C1: Говорящий видел, как яблоко взяла Зухра. Он приходит в комнату и видит надкусанное яблоко. Говорящий:

C2: Говорящий получил информацию от другого говорящего.

zEhrA alma    tESl-A-gAn

зухра яблоко кусать-MS1-PFCT

Зухра надкусила яблоко

 (2). C1:Говорящий знаком с жестокостью Зиннура. Он приходит к нему и видит валяющийся хвост. Говорящий:

      C2: Говорящий получил информацию от другого говорящего.

zInnur   keCek-ne   UtEr-gAn                I-kAn

зиннур собака-ACC умереть-CAUS-PFCT AUX-PFCT

Зиннур убил собаку.

(3) C1: Говорящий пришел к Зухре, которая живет со своим мужем Маратом. Они беседуют.Вдруг из соседней комнаты слышится храп. Говорящий:

C2: Говорящий пришел к Марату, но вышла Зухра и говорит:

marat jakl-ej         I-kAn

марат спать-IPFV FUX-PFCT

Марат спит.

(4)С: Говорящий сидит у Зухры. Открывается дверь и входит Марат. Говорящий констатирует факт: marat  kIl-dE

       марат   придти-PST

            Марат пришел.

  1. . Помимо косвенной засвидетельствованности, показатели эвиденциальности могут иметь адмиративную интерпретацию. Адмиратив (миратив) – это категория, маркирующая неожиданность ситуации для говорящего. Впервые эта категория рассматривается как отличная от эвиденциальности у ДеЛэнси ( DeLancey 1997 .См. об этом также Lazard 1999 ).Адмиратив в татарском выражают претерит и перфект (а также будущее время) в сочетании со вспомогательным глаголом IkAn. Без IkAn  предложение не может иметь адмиративную интерпретацию.(См. об этом подробнее Tatevosov in prep)

 (5)C: Говорящий приходит днем к Руслану и видит его в постели. Говорящий:

ruslan  jat-kan        I-kAn

руслан лечь-PFCT AUX-PFCT

(Надо же) Руслан лег .

  1. Еще одна разновидность пересказывательного значения, помимо упомянутой так называемой «информации из вторых рук», – слухи, или преданья совсем глубокой старины. Такая пересказывательность обладает модальным значением пониженной достоверности. В татарском у ImES осталось только это значение. Эта форма употребляется для передачи слухов, снов, легенд, сказок.

(6)        zInnur   keCek-ne      jagat-kan I-mES

            зиннур собака-ACC терять-PFCT AUX-MEŠ

            Говорят, Зиннур потерял собаку.

3 У ImES еще есть употребление, создающее ироничекий эффект.(См. об этом в турецком в Slobin&Aksu 1982 ; Meydan 1996)

(7)С:Говорящий приходит на кухню, где Алсу мыла пол, и видит, что пол грязный:

zEhrA  IdE-n        ju-gan          I-mES

Зухра      пол-ACC мыть-PFCT AUX-MEŠ

И это Зухра называет мытьем пола!

(8)        zInnur jakl-ej        I-mES

            зиннур спать-IPFV AUX- MEŠ

            Зиннур притворяется спящим

       Весьма существенно, что такое употребление снимает запрет на употребление формы с ImES  в том случае, если говорящий был непосредственным свидетелем описываемой ситуации. Можно наблюдать процесс, а потом сказать: “ну ты и натворил здесь ImES ”

 

Заключение.

 

         Как мы видим, татарский язык имеет ряд интересных типологических свойств, которые необходимо учесть при построении межъязыковых обобщений о категории эвиденциальности. Одним ииз таких свойств  является  семантический эффект, возникающий при употреблении форм с ImES — эффект иронического отстранения. Хотя различные исследователи отмечали этот  эффект при употреблении эвиденциальных показателй в различных языках, механизм его возникновения до сих пор остается практически неизученным. Татарский материал, предварительному обсуждению которого посвящена настоящая работа, возможно, поможет пролить свет на эту проблему.

 

Литература.

 

Anderson L. (1986). «Evidentials, paths of change, and mental maps: typologically regular asymmetries.» In Chafe & Nichols (eds.). (1986), 273-312.

 Bybee J., R. Perkins, and W. Pagliuca (1994). The evolution of grammar: Tense, aspect and modality in the lanuages of the world. Chicago: University of Chicago Press.

Chafe W., and J. Nichols (eds.) (1986). Evidentiality: the linguistic coding of epistemology. Norwood: Ablex, 1986.

Dahl Ц. (1985). Tense and aspect systems. Oxford: Blackwell, 1985

De Haan, Ferdinand (1998a). The Category of Evidentiality. Ms.

DeLancey S. (1997). «Mirativity: The grammatical marking of unexpected information.» Linguistic Typology 1.1, 33-52.

Guentchйva, Z. (ed.) (1996). L’йnonciation mйdiatisйe. Louvain: Peeters, 1996.

Lazard G. (1999) «Mirativity, evidentiality, mediativity, or other?» Linguistic Typology 3.1, 91-109.

Meydan, M. (1996.) Les emplois mйdiatifs de miљ en turc. In: Z. Guentchйva (йd.) (1996), 125-144.

Slobin D., and A. Aksu (1982). «Tense, Aspect, and Modality in the use of the Turkish evidential». In Hopper P.J. (ed.) Tense-aspect: Between Semantics and Pragmatics. Amsterdam: Benjamins, 185-200.

Tatevosov S. (in preparation). Evidentiality and Mirativity in the Mishar dialect of Tatar.

Willett T. (1988). «A cross-linguistic survey of grammaticization of evidentiality». Studies in Language 12.1, 57-91.